Друзья и Товарищи -Бахыт Кенжеев, известный прозаик -Груз-200

Хоть Вы мне и давний, можно сказать, приятель, а иной раз задумываюсь: кто Вы? В чем Ваше истинное человеческое лицо? Во что Вы верите, да и верите ли вообще? Все эти мировые вопросы пришли мне в голову в неразрывной связи с Вашим подарком, который Вы преподнесли на день рождения другому моему приятелю, Б.Кенжееву, а именно, диском «ДВД», на котором записан кинофильм режиссера Балабанова «Груз-200».

Вы человек зрелого возраста, прошедший все ужасы так называемой «перестройки» и «гласности», когда свора цепных немецких овчарок американо-сионистского капитала растерзала на куски нашу Родину, урча. Прошли годы. Наша растерзанная на куски Родина понемногу зализывает раны, нанесенные ей американо-сионистским капиталом и его цепными немецкими овчарками. Растет ВВП, крепнет суверенная демократия, и все яснее становится, какую Россию мы потеряли, все четче отдешь себе отчет в том, что распад Советского Союза явился одной из величайших трагедий XX века, сравнимой по трагичности с американскими бомбардировками мирных жителей Дрездена и Хиросимы в одной отдельно взятой стране.

Находятся у нас, однако, отдельные балабановы, которые при поддержке Государственного комитета по кинематографии ухитряются изготавливать свои русофобские, антирусские, человеконенавистнические поделки под обязывающим названием «кино». Находятся у них и истерические поклонники, а вернее будет сказать, низкопоклонники, которые за пластинку жвачки или задний мост к автомобилю «Форд» готовы продать самое святое, что есть у русского человека.

Очернительский «фильм» «Груз-200» начинает свое очернительство с самого начала, т.е. с названия. Ведь что такое «груз-200»? Это, если Вам неизвестно, останки воинов-интернационалистов, доставляемые на Родину для того, чтобы покоиться в Российской земле после успешного выполнения интернационального долга. Пионеры приносили к ним на могилу цветы, пионерки — хризантемы, октябрята, дружные ребята, — скромные полевые васильки, солдатские матери — горькие слезы, а солдатские невесты - слезы не менее горькие, чем материнские. Про отцов уж и не говорю. Называя так свой издевательский «фильм», балабанов уже дает нам понять, что для него, кроме доллара, нет ничего святого.

Вы, Петр Алексеевич, когда-то были ученым химиком. Так давайте с Вами поставим мысленный эксперимент! Представим себе, что подобный «фильм» снят в любимой балабановской Америке, куда ежедневно доставляются на самолетах трупы интервентов, с которыми расправились свободолюбивые жители Афганистана и Ирака, мстя за поругание своей исторической Родины. Какова была бы реакция Белого Дома и Пентагона? Правильно, Петр Алексеевич. С такими балабановыми в США не церемонятся. Для таких балабановых и иже с ними давно построена тюрьма особого режима в Гуантанамо, откуда еще никто не возвращался.

В нынешней России балабановы гуляют на свободе, растлевая сознание молодых граждан. Картины 1984 года, когда происходит действие «фильма», заставляют их думать, что СССР населяли маньяки, фарцовщики, самогоноварители и преподаватели научного атеизма, мимо которых непрерывно проезжали какие-то грязные железнодорожные цистерны, грохоча. А ведь достаточно открыть любую газету, любой журнал того времени, и станет ясно, что все это полная и совершенная клевета! В одной из рецензий намекают, что «фильм», дескать, метафора. Главный маньяк-милиционер — это как бы мировой коммунизм. Девушка, главная героиня, подвергаемая насилию маньяка-импотента, как бы Россия. Самогонщик, которого в конце расстреливают, это как бы русский народ с его загадочной и всепрощающей душой. Вьетнамец — это как бы гражданин дружественного Вьетнама, а профессор атеизма — продукт разложения русского народа под влиянием американо-сионистской пропаганды. При таком истолковании «фильм» становится еще опаснее и омерзительнее, однако!

И вот хочу спросить Вас, Петр Алексеевич: о чем Вы думали, когда преподнесли в подарок моему приятелю Б.Кенжееву эту подрывную ленту, точнее, диск «ДВД» для просмотра на персональном компьютере или ДВД-проигрывателе? Являлся ли этот «данайский» дар простой провокацией или чем-то еще более замысловатым? Может быть, Вы стремились к тому, чтобы стихи Б.Кенжеева стали еще более пессимистическими и бездушными? Или Вам показалось, что сцены отвратительной порнографии, составляющие главное «достоинство» этой «движущейся картины», придутся по душе нашему общему приятелю?

Эх, Петр Алексеевич, а ведь были когда-то и Вы комсомольцем!